Всему голова

18.08.2017
Если кто-то возьмется составить список незаслуженно обделенных вниманием деталей часового механизма, то заводная головка наверняка окажется где-то на самом верху. Мы пользуемся ей едва ли не каждый день, воспринимаем как должное, но знаете ли вы, как она устроена и чем ознаменовалось ее появление для индустрии более полутора веков назад?


Заводная головка нередко воспринимается как утилитарная деталь, недостойная глубокого изучения или даже банального любопытства. Стоит полистать каталог любого бренда, как мы тут же узнаем все об особенностях индикации того или иного безеля, коэффициенте прочности сапфировой задней крышки или форме стрелок из вороненой стали. Однако колесико, при помощи которого вам предстоит общаться с часами, будет упомянуто лишь в случае его инкрустации драгоценными
камнями, и то, исключительно в плане общего веса в каратах. При этом разнообразия с точки зрения дизайна, расположения на корпусе и даже функционала тут предостаточно. Помимо установки времени и даты, головка используется для подзавода, вносит приятную асимметрию во внешний облик изделия, а в некоторых хронографах даже запускает отсчет времени. И, конечно, не стоит забывать, что речь идет об основной поверхности изделия, с которой непосредственно взаимодействует владелец. Эстетика здесь напрямую пересекается с функциональной необходимостью, и каким бы изысканным не был рельефный узор, он прежде всего обеспечивает вашим пальцам удобный захват заветного колесика.

Ключ к успеху

До XIX века никакой головки отрасль не знала. Корпусы карманных часов имели идеальные округлые формы, а завод осуществлялся при помощи ключа, который запросто мог потеряться. Выделенные для него отверстия тоже обладали очевидными недостатками и легко позволяли пыли и влаге попадать внутрь. 
В 1820 году первый прототип заводной головки, защищавшей калибр от внешних воздействий, запатентовал британский часовщик Джон Роджер Арнолд, сын выдающегося изобретателя Джона Арнолда. Его учитель Абрахам-Луи Бреге впоследствии доработал механизм, сделав его пригодным для изделий маленького размера. Однако настоящую революцию в этой области суждено было совершить Жану-Адриану Филиппу, будущему партнеру в Patek Philippe. В 1844 году он представил свою версию устройства, отличавшуюся помимо прочего одной принципиальной деталью – двухступенчатой системой переводного вала.
Его колесо находилось в постоянном зацеплении с храповиком, ведущим к заводному механизму, и только в режиме настройки времени оказывалось связано с колесами стрелок. Таким образом поворот прижатой к корпусу головки натягивал заводную пружину, а стоило потянуть ее в сторону, как владелец получал полный контроль над индикацией текущего времени. Простота и гениальность конструкции, без всяких преувеличений, изменили ландшафт индустрии. Разработка Филиппа, отмеченная золотой медалью на Всемирной выставке в Париже, оказалась настолько надежной, удобной и понятной, что практически в первозданном виде перекочевала сначала в наручные, затем в кварцевые, а недавно и в умные электронные часы.


Единство непохожих

Хотя классическое расположение на отметке «3 часа» встречается на подавляющем большинстве моделей, многие производители не боятся экспериментировать. Вдохновленные геометрией карманных изделий экземпляры часто выпускаются с головкой на «12 часов», некоторые дизайнеры предпочитают положение на «1,30» или «4,30», и это не считая моделей, изначально спроектированных для ношения на правой руке. В области декорирования каждый бренд тоже гнет свою линию, подчас создавая настолько емкие и удачные образы, что они превращаются чуть ли не в визитную карточку тех или иных часов. Вспомнить хотя бы две развернутые в разные стороны буквы «P» у Patek Philippe 1950-х или огромную, напоминающую луковицу головку Longines 30–50-х годов, пользующуюся повышенным интересом коллекционеров. Ювелиры Cartier нередко украшали венчавшее корпус колесико крупным драгоценным камнем. Ну а знаменитую выпуклую корону Rolex, наверное, легко узнает даже самый далекий от хорологии житель нашей планеты.
Кстати, благодаря швейцарскому гиганту случился еще один важный технологический скачок – в 1926 году легендарная модель Oyster установила новые стандарты водонепроницаемости. Как легко догадаться, секрет заключался в завинчивающейся заводной головке, гарантировавшей полную изоляцию и ставшей прообразом внутреннего устройства всех современных дайверов.

Рычаги спешат на помощь

Время от времени наиболее амбициозные мастера все же пытаются бросить вызов текущему положению вещей. Например, член академии независимых часовщиков AHCI швейцарец Марк Дженни сразу в нескольких моделях своего бренда Marc Jenni перепоручил все функции головки вращающемуся безелю. Сама идея не выглядит чем-то принципиально новым: нажатие на кнопку переводит изделие в один из трех привычных режимов – завод, настройка времени или настройка даты. Зато внешне процесс выглядит почти волшебством. Встречаются и гибридные системы, наподобие Rebellion T-1000. Подзавод его шести барабанов осуществляется при помощи эффектного прямоугольного рычага, а вот устанавливать текущее время вам все равно придется традиционным способом.
И напоследок позволим себе полезное уточнение: возможность вручную завести автоматические часы предусмотрена не просто так. Если по какой-то причине ваше оснащенное ротором устройство долго лежало без работы, не поленитесь помочь ему, пару десятков раз повернув рельефное колесо. Разумеется, энергии вашей руки хватит, чтобы изделие ожило, но истосковавшаяся по максимальному натяжению пружина может начать капризничать, допуская умеренные погрешности в точности.