Революционный переворот: История Jaeger-LeCoultre

11.03.2019

За 186 лет работы мастера компании создали около 1250 калибров и запатентовали бесчисленное количество изобретений. При этом каждая страница летописи одной из самых респектабельных мануфактур буквально дышит азартом первооткрывателей, а местами и вовсе смахивает на приключенческий роман.


Все началось в 1833 году с часовщика по имени Антуан Лекультр, открывшего мануфактуру по производству механизмов в швейцарском городке Ле-Сентье неподалеку от Женевы. Как и в случае с любым выдающимся инженером, уровень существовавших технологий Антуана совершенно не удовлетворял, постоянно подталкивая изобретать что-то собственное. В 1844-м он придумал и сконструировал «миллионометр», аппарат, способный делать измерения с точностью до тысячной доли миллиметра, а спустя пару лет разработал собственную версию подзавода, не требующую ключа. Взятое с самого начала за приоритет качество привлекало все новых и новых заказчиков, предприятие быстро развивалось, и уже к концу 60-х годов будущие шедевры проходили все стадии разработки, производства и экспертизы прямо на месте. Но даже передав бразды правления в руки своих сыновей, Антуан не прекратил инженерную деятельность и будучи уже очень пожилым человеком до последнего вздоха бился над принципиально новой формой фрезы. Надо ли говорить, что он все-таки успел ее закончить?


К началу ХХ века LeCoultre & Cie. могли похвастаться 350 собственными калибрами, но останавливаться на достигнутом никто не собирался. Как раз в это время официальный часовщик французского флота, парижская фирма Jaeger S.A., решила выпустить самые тонкие часы в истории. Понимая, что необходимое оборудование и квалификацию можно найти только в одном месте, ее глава Эдмон Жежер открыто искал сотрудничества со швейцарскими коллегами, фактически предлагая им пари. Согласно официальной хронике бренда, стоявший на тот момент у руля внук основателя Жак-Давид Лекультр не поленился и специально проехал двадцать километров до ближайшего телефона ради возможности лично сообщить французскому выскочке, что вызов принят. Разумеется, мужчины вскоре прониклись взаимным уважением и с тех пор стали неразлучными компаньонами, а в 1907-м на свет появился знаменитый 145 калибр толщиной всего 1,38 мм.


В 1925 году начинается производство одной из самых изящных моделей за всю историю компании – Duoplan. Ее механизм не только отличался новаторским двухуровневым строением, но и фактически послужил тренировочной площадкой для следующего, этапного достижения – калибра 101, работу над которым мастера из Ле-Сентье завершили в 1929-м. Механизм, состоящий из 74 частей, общим весом всего в один грамм, способен поразить воображение даже сегодня, а самое интересное, что, несмотря на крошечные габариты, его завода хватает на целых 33 часа. Именно это чудо украшало запястье Елизаветы II в день ее восшествия на английский престол в 1953 году.


Если верить легенде, в начале 30-х годов ХХ века Сезар де Трей, швейцарский предприниматель, путешествовал по Индии и решил заглянуть на игру британских офицеров в поло. По завершении состязания один из участников продемонстрировал гостю разбитое в пылу борьбы стекло часов и пожелал швейцарским мастерам поскорее придумать противоударную модель специально для любителей благородного конного спорта. 

Вдохновленный идеей де Трей немедленно поделился замыслом со своим давним приятелем Жаком-Давидом Лекультром, стоявшим у руля LeCoultre & Cie., а тот в свою очередь обратился к постоянным деловым партнерам в Jaeger S.A. Создатели не стали превращать циферблат в громоздкую крепость, а нашли куда более простой и неожиданный выход из положения. Инженер Рене-Альфред Шово разработал корпус, способный без всяких манипуляций с ремешком переворачиваться тыльной стороной вверх, в нужный момент превращая часы в стильный и невероятно прочный браслет. Выставлявшаяся на всеобщее обозрение нерабочая поверхность при этом целиком отводилась под весьма популярную тогда гравировку. 


Смелые прямоугольные формы, созвучные царившему в то время стилю арт-деко, сразу же привлекли к себе внимание на фоне преобладавшей на консервативном часовом рынке тяги к округлым решениям. Но при всей своей революционности оригинальная модель, выпускающаяся до сих пор под названием Reverso Classique, оставалась воплощением строгой элегантности. Две лаконичные стрелки на однотонном фоне, небольшой корпус, образующий единое целое с ремешком. Даже если на секунду забыть официальную версию и усомниться, что размахивающему клюшкой наезднику жизненно необходимы часы на запястье, придумать более подходящий линейке символ, наверное, невозможно. В конце концов, поло – и правда спорт джентльменов и королей. Первые годы Reverso выпускались под одноименной маркой, а образованная для этих целей компания Spécialités Horlogères даже продавала права на использование дизайна другим брендам. Но за пару лет мастера из Ле-Сентье разработали для модели целую серию штатных калибров – поменьше, покрупнее, с центральной и с малой секундной стрелкой – и вскоре внешнее сотрудничество решено было прекратить. После объединения Jaeger S.A. и LeCoultre & Cie. в 1937 году на часах появилась знакомая всем нам надпись Jaeger-LeCoultre.



Несмотря на очевидную принадлежность к эпохе арт-деко Reverso было суждено надолго пережить породившую их моду. Вторая волна оглушительного успеха пришлась на рубеж тысячелетий, когда в Jaeger-LeCoultre решили снабжать усложнениями не только новые линейки, но и свое главное наследие. Турбийон, минутный репетир, вечный календарь, серия Duetto, Grande Complication Triptyque c 19 усложнениями и тремя циферблатами на основе калибра 175/1, состоящего из 642 деталей, – какие только модификации Reverso не суждено было примерить! И все это – не отходя от классического дизайна модели и не предавая ее философию.


С 1932 года компания производит Atmos – живую иллюстрацию того, насколько близко человечеству удалось подобраться к неосуществимому проекту вечного двигателя. Изолированная капсула в центре механизма содержит газ хлорэтил. Он поднимается и опускается в зависимости от микроколебаний температуры и давления. Сам аппарат потребляет в 60 млн раз меньше энергии, чем 15-ваттная лампочка, и выделяемого импульса хватает для поддержания хода. Неудивительно, что этот предмет национальной гордости уже полвека используется высшими должностными лицами Швейцарии в качестве официального подарка.


Не менее важную роль в каталоге бренда вот уже 25 лет играет коллекция Master и неразрывно связанный с ней стандарт тестирования Master Control, по условиям которого каждое изделие проходит 1000-часовое испытание на точность хода. Механизмы проверяются как сами по себе, так и уже в готовых корпусах, используются разные температурные режимы и положения в пространстве. Несмотря на весьма достойные результаты продаж дайверов Master Compressor, Jaeger-LeCoultre всегда оставались производителем в первую очередь классических костюмных моделей. В эпоху когда чемпионами западного рынка давно стали стальные спортивные часы, это, конечно, была непозволительная роскошь. И вот пару лет назад компания решила как следует ответить конкурентам, и заглянув в архивы, представила коллекцию Polaris. Формально полностью соответствуя современному представлению о люксовых спортивных часах, все пять ее версий ухитряются ни на шаг не отойти от устоявшейся и всегда узнаваемой эстетики марки.