Большое плавание

29.08.2017
Вот уже более сорока лет высшую лигу haute horlogerie невозможно представить без Nautilus от Patek Phillippe. Мы решили проследить ее путь от первого эскиза до юбилейной коллекции.



История одной из важнейших моделей бренда чем-то напоминает приключенческий роман и лишний раз подтверждает правило о том, что настоящего успеха не бывает без толики риска. Это сейчас каталог Patek Philippe немыслим без коллекции Nautilus, а сорок лет назад, в самый разгар кварцевого кризиса, его премьера выглядела едва ли не скандальной выходкой.

Переживавшая тяжелые времена индустрия отчаянно нуждалась в новых идеях и людях, способных их предложить. Одним из них и стал Джеральд Джента, спроектировавший для женевских классиков крупные спортивные стальные часы будущего. Усатый швейцарец, лет за десять успевший приложить руку к созданию таких легендарных изделий как Audemars Piguet Royal Oak, Omega Constellation и IWC Ingenieur, словно заранее знал, куда подует ветер перемен. Практически все производство Patek Philippe на тот момент состояло из золотых изделий, а под определение «спортивный» попадали лишь редкие хронографы с тонким костюмным силуэтом. И тут такой вставной зуб, напоминающий корабельный иллюминатор и названный в честь подводной лодки жюльверновского капитана Немо!

Сейчас первоначальную идею Nautilus чаще принято описывать в несколько романтических тонах. Дескать, Дженте удалось предугадать тренд новой расслабленной, почти нарочитой часовой роскоши, одинаково уместно смотревшейся и в офисе, и у бассейна. Сюда отлично вписывается и легенда о первом скетче, нарисованном прямо в ресторане во время очередной выставки в Базеле. Дизайнер обедал, а когда за соседним столиком расположились менеджеры Patek Philippe, решил забавы ради набросать модель, учитывавшую специфику их бренда. Даже если все перечисленное – чистая правда, и с деловым предложением ни о чем не подозревавшие заказчики действительно обратились позднее, главного обстоятельства это не отменяет. Концептуально близкий Royal Oak, спроектированный тем же Джентой, уже несколько лет сотрясал индустрию, и женевским тяжеловесам позарез требовался достойный продукт, нацеленный на ту же целевую аудиторию. Благо ее существование уже не могло вызывать серьезных сомнений.

Окно в новый мир

Появившийся в 1976 году Nautilus ref. 3700-1A резко уравнял ставки. Единство корпуса и браслета, мгновенно узнаваемые рельефные горизонтальные полосы по всему темно-синему циферблату, восьмигранный безель со скругленными углами и массивные «уши» справа и слева, придававшие изделию маскулинность – его хотелось немедленно надеть на руку. Формально существовало даже две версии браслета, слегка различавшихся шириной, но к общей мифологии этот факт едва ли что-нибудь добавляет.

Помимо роскошной внешности ударным моментом стал и гигантский по тогдашним меркам диаметр в 42 мм. Изделие бросалось в глаза на любой вечеринке или деловой встрече. Прогнав с корабля современности устаревшие представления об обязательном присутствии золота в люксовых моделях, фирма даже построила на этом рекламную кампанию. Ее слоган гласил буквально следующее: «Одни из самых дорогих часов в мире сделаны из стали». Всевозможным мелочам тоже уделили кучу внимания. Новинка поставлялась в эксклюзивной коробке из пробкового дерева, одновременно обыгрывая морское название и предлагая клиенту сразу две экзотические игрушки вместо одной.

В то время производители часов еще не начали меряться мануфактурными калибрами, и покупка деталей на стороне не считалась чем-то зазорным. Как и его заклятый соперник Royal Oak или другая легенда 1970-х, Vacheron Constantin 222, превратившийся со временем в линейку Overseas, Nautilus работал на основе слегка модифицированного калибра 920 от Jaeger LeCoultre. Но если судить по продажам, никого это не смущало.

Реклама, намекающая на родство Nautilus с миром спорткаров и шуб


По волнам успеха

Вопреки расхожему представлению, золотые версии Nautilus начали производиться практически одновременно с оригинальными, как и экземпляры с инкрустированными бриллиантами безелями. Patek Philippe традиционно не отказывает важным клиентам в привилегии обладать особыми версиями серийных моделей. Иначе откуда бы аукционы брали все эти уникальные стальные хронографы 1940-х, ставящие сейчас рекорд за рекордом?

Через четыре года очередь, наконец, дошла и до более широкой общественности. Сначала появилась уменьшенная женская версия, а вскоре и первое полноценное продолжение Ref. 3800. Его корпус ужался до более привычных 37,5 мм, а первый в серии мануфактурный калибр 335 SC был оснащен центральной секундной стрелкой и золотым ротором, украшенным Женевскими полосами.

Растущий спрос и осознание масштабов долгоиграющего триумфа неизбежно подталкивали компанию к созданию полноценной коллекции, и уже в середине 1980-х в очередном каталоге можно было выбрать «Наутилусы» разных цветов, размеров и материалов металлического корпуса. Появилась даже кварцевая женская версия!

1990-е стали для линейки эпохой экспериментов. Сначала с циферблатов исчезли горизонтальные полосы, затем появились римские цифры. Дошло до того, что дизайнеры решили заменить фирменный браслет резиновым ремешком и сгоряча приделали к монолитному корпусу ушки. Результатом стали любопытные золотые часы, не имевшие почти ничего общего с первоначальным концептом Дженты. Оказавшись на распутье, специалисты Patek Philippe решили двигаться дальше сразу в обоих направлениях: на свет появилась еще одна успешная серия – Aquanaut, а сам Nautilus постепенно стал прежним. 

Вечное возвращение

Следующим шагом стали усложнения. Уже в 1998 году компания представила ref. 3710 с индикатором запаса хода и уже привычной центральной секундной стрелкой. За последующие десять лет циферблат Nautilus не только вернет себе привычный синий цвет и характерные полоски, но и примерит движущийся лунный диск. Чем функциональнее механизм, тем приятнее поглядывать за его работой, рассудили инженеры и впервые снабдили модель прозрачной задней крышкой. Благо в плане уровня отделки бренду всегда было что показать.

К тридцатилетию коллекции в 2006 году мануфактура выпустила сразу несколько новинок, в том числе первый в своей истории хронограф с мануфактурным автоматическим калибром CH 28-520. К круглой дате решено было вернуть и оригинальный стальной корпус Jumbo. Но главной неожиданностью стал Nautilus с годовым календарем и его много численной индикацией, визуально выстроенной в вертикальную линию. Для придания образу подобающей строгости место браслета на время отдали кожаному ремешку.

Еще два года спустя в серию были запущены образцы с серебристо-белыми циферблатами, причем это касалось как моделей с тремя базовыми стрелками, так и оснащенных разными усложнениями. Контур часовых меток по понятным причинам стал темным. Позднее, с появлением в 2014 году Ref. 5990, в коллекции дебютировала функция второй временной зоны, а на левой части корпуса появились две отдельные кнопки для ее настройки.

Юбилейный сороковой день рождения Nautilus отметил пополнением в лице двух лимитированных изделий с циферблатами оттенка синий металлик и часовыми метками из бриллиантов багетной огранки. Версия с тремя стрелками и корпусом Jumbo теперь доступна исключительно в платине, в то время как хронограф 5976/1G – в белом золоте. Что характерно, споры относительно сходства и различия с конкурентами давно поутихли. Некогда бунтарские, даже пижонские часы стали самой настоящей классикой и образцом хорошего вкуса. Все-таки Patek Philippe кое-что понимают в преемственности поколений.

Patek Philippe Nautilus Chronograph 5980R